ЛАЗУРКИН Виктор Михайлович
( 5 марта 1910 - 1992 )
Арктический геолог, кандидат геолого-минералогических наук, почетный полярник, организатор НИИГА, начавший свою многолетнюю
деятельность на Крайнем Севере в 1932 году.
Родился в Санкт-Петербурге в семье
профессиональных революционеров. Его родители Михаил Семенович и Дора Абрамовна
Лазуркины были членами РСДРП с 1902 года.
В это время, прикрытием партийной деятельности Михаила
Семеновича, окончившего юридический факультет Петербургского университета,
служила работа в частной фирме. В 1918 году родители по заданию ЦК партии
переехали в Москву, и Виктору в течение трех лет пришлось жить в детском доме.
В 1922 году семья вернулась в Петроград, где родители занимали
партийные и административные должности. Последнее место работы Михаила
Семеновича - ректор Ленинградского университета. Его, хорошего администратора и
доброго интеллигентного человека, тепло вспоминали сотрудники Университета и
все, кому пришлось с ним общаться.
Вспоминает освобожденный из тюрьмы в 1935 году
Л.Н. Гумилев: "… меня выдворили из Университета. В ту зиму я страшно
голодал. Весной на одном из университетских экзаменов я упал, потеряв сознание
от голода. В Университете меня восстановил тогдашний его ректор. Им в ту пору
был независимо мыслящий ученый - профессор Михаил Семенович Лазуркин. В июне
1937 года его арестовали, а скоро забрали и его жену - старую большевичку Дору
Абрамовну Лазуркину. Судьба Лазуркина сложилась печально. Он был застрелен
следователем во время допроса, а затем его уже мертвого выбросили из окна на
уличный тротуар, инсценируя самоубийство. Помню, как мама ездила просить за меня
в Университет. Лазуркин - он был в ту пору уже человеком в годах, - внимательно
выслушал ее и, подписывая приказ о восстановлении, сказал: "Я не дам испортить
жизнь мальчику". Университет до войны мне все же не дали закончить. В марте 1938
года меня взяли с четвертого курса …". Л.Н. Гумилев был реабилитирован в 1956
году.
В 1927 году Виктор Лазуркин поступил на Геологический факультет
Ленинградского университета. В 1930 году всех геологов Университета перевели в
Горный институт, который он закончил в 1932 году. Как и у большинства геологов,
его профессиональная деятельность началась еще до завершения высшего учебного
заведения - в экспедициях.
В 1930 году первая геологическая практика проходила на одном из
участков трассы Беломорканала. В следующем, 1931 году он совместно с Е.Н.
Фрейбергом провел геологический маршрут через Южный остров Новой Земли. Эти
первые геологические наблюдения тогда же были опубликованы в Трудах Арктического
института.
В 1932 году, завершив учебу в Горном институте, Виктор
Михайлович стал сотрудником Арктического института. Он участвовал в
геологической экспедиции на Новой Земле, работал начальником геологической
партии в Ленской экспедиции, принимал участие вместе с Е.Н. Фрейбергом в
создании базы геологических исследований и метеостанции в бухте Тикси, из
которой впоследствии вырос город Тикси.
В 1936 году он был назначен начальником многолетней Алазейской
геологической экспедиции. По результатам изучения Яно-Колымского региона В.М.
Лазуркин и В.Н. Сакс опубликовали ряд работ и впервые ввели затем широко
известное геологическое понятие - "Колымский срединный массив".
По возвращении из Алазейской экспедиции Виктор Михайлович был
назначен заведующим Геологическим сектором и принял участие в составлении первых
сводных геологических карт Арктики.
Однако в связи с арестом отца и матери, в 1939 году Виктора
Михайловича увольняют из Арктического института. М.С. Лазуркин погиб в тюрьме в
1937 году, Д.А. Лазуркина провела в заключении семнадцать лет. Реабилитированы
они были только в 1954 году.
В 1939-1942 годах Виктор Михайлович работает старшим инженером в
тресте "Ленгеолнеруд". В 1942 году его эвакуируют из блокадного Ленинграда в
Новосибирск, где в 1942-1943 годах он работает старшим районным инженером в
тресте "Золоторазведка".
В 1944 году по ходатайству "Главсевморпути при Совете Министров
СССР" Виктор Михайлович возвращается в Арктический институт. Вскоре он уже в
должности заместителя директора возглавляет Геологическое отделение и,
одновременно, начиная с 1946 года, руководит Научно-исследовательским отделом
Горно-геологического управления (НИО ГГУ), объединяя всю геологическую службу
Главсевморпути в Ленинграде.
В 1947 году Виктор Михайлович защищает в Арктическом институте
кандидатскую диссертацию и получает звание старшего научного сотрудника.
К тому времени НИО ГГУ уже не справляется со все более сложными
научно-исследовательскими и прикладными задачами, для решения которых требовался
специализированный институт. За эту проблему активно взялся Виктор Михайлович и
приложил немало усилий для создания нового института.
В результате 10 июля 1948 года Совет Министров СССР постановил
организовать Научно-исследовательский институт геологии Арктики на базе
Научно-исследовательского отдела Горно-геологического управления Главсевморпути
и Отделения геологии АНИИ. Виктор Михайлович возглавил в нем Отдел общей
геологии.
Однако на этом неприятности Виктора Михайловича не завершаются.
В 1950 году его снова увольняют, теперь уже из НИИГА. Родители,
арестованные как "враги народа", беспартийность руководителя отдела - в то время
были достаточным поводом для увольнения. Виктор Михайлович начинает работать в
Ленинградской области - в "Роспромпроекте" он последовательно работает групповым
инженером горного проектирования, заведующим горным сектором, консультантом и
экспертом по определению запасов нерудных полезных ископаемых.
Только в 1954 году, после реабилитации родителей, Виктор
Михайлович снова возвращается в НИИГА -— место своего истинного призвания.
Здесь он организует поисково-сьемочные работы в Северном
Верхоянье, и четыре года спустя усилиями коллектива Верхоянской экспедиции
создаются геологическая карта Северного Верхоянья и стратиграфическая схема
верхнего палеозоя Северо Востока СССР.
В 1961 году Виктор Михайлович назначается заведующим сектором
сводных геологических карт и куратором по геологической съемке; в 1964 году он
возглавил Отдел лабораторных исследований, деятельность которого решительно
обновил.
Теперь остановимся на жизненном пути Виктора Михайловича в
стенах НИИГА, вспомним, как он относился к нам, и как мы понимали его самого.
Вспоминает М.А. Садиков: "С Виктором Михайловичем я просидел в
66 кабинете на Мойке, 120 полтора десятилетия. Арест родителей привел к тому,
что Виктор Михайлович стал человеком застегнутым на все пуговицы, которые он
расстегивал редко и неохотно.
Например, с Ниной Николаевной Лапиной он вместе учился в школе,
но, встретившись через какое-то время в НИИГА, они были уже на "Вы", и на "ты"
так и не перешли. Однако в его взаимоотношениях с Михаилом Михайловичем
Ермолаевым совершенно не ощущалось долгой разлуки.
Меня Виктор Михайлович всегда называл по имени-отчеству, реже по
имени и совсем уж редко на "ты". Внешне он был весьма строг, корректен и подчас
немало придирчив, что многих заставляло относиться к нему настороженно, а
некоторые его просто боялись. Но многие, особенно, женщины, приходили к нему
советоваться по актуальным жизненным вопросам и всегда получали поддержку,
вплоть до воспитательных бесед с чадами.
Виктор Михайлович многие годы являлся Председателем экспертной
комиссии, и в этой ипостаси был известен всем желающим публиковаться. Он
проявлял дотошность к публикациям не только по форме, но и стилю изложения.
Отдельные лица, начав этот процесс, зачастую не могли довести его до конца, и
вряд ли теперь кто-нибудь скажет, чего больше отсеивалось - гениального или
информационного шума.
Во всяком случае, у меня в памяти отложилось, как он уговаривал
Леонида Андреевича Чайку публиковать результаты своих исследований, а тот его
убеждал, что достаточно и рукописного отчета.
Виктор Михайлович был очень чувствителен ко всему новому и
оригинальному. Помню, как он долго направлял Михаила Константиновича Иванова
писать кандидатскую диссертацию, а до этого очень активно рекомендовал его на
должность главного геолога Норильской экспедиции.
Виктор Михайлович собирался выйти на пенсию и продолжить писать
мемуары. Этого не случилось, но чувство слова, наблюдательность и остроумие у
него были. Думаю, что если бы дошло до мемуаров, то они были бы весьма
интересны.
Хотя Виктор Михайлович с иронией относился ко многому, что
происходило в те годы, но диссидентом он не был. Мои взаимоотношения с
экспертной комиссией шли достаточно гладко, лишь один раз кому-то из ее членов
показалось, будто что-то надо то ли патентовать, то ли изобретать, и поэтому в
открытой печати это публиковать нельзя, а только с грифом "для служебного
пользования", и с этим он согласился.
Виктор Михайлович очень внимательно следил за геологической
литературой. Замечательно, что не наши морские геологи, а он первый узнал о
колоссальной программе глубоководного бурения на специальном американском судне
"Гломар Челленджер" и тут же поделился этой новостью с Виталием Давыдовичем
Дибнером.
Когда ему предложили собрать все наши лаборатории в Отдел
лабораторных исследований, он очень воодушевился. Он убедил Рувима Семеновича
Рубиновича, заведующего спектральной лабораторией, внедрить новосибирскую
методику спектрального силикатного анализа, в которую тот внес определенные
изменения.
Организовал составление и издание справочных материалов о видах
аналитических работ, выполняемых лабораторными подразделениями института.
При Викторе Михайловиче была разработана методика определения
платиноидов и проведено важное мероприятие - сравнительный анализ лабораторий
всех геологических учреждений Ленинграда, где наш Институт занял достойное
место.
Виктор Михайлович, с моей точки зрения, был идеальным заведующим
Отделом, знающим не только служебные, но и личные нужды сотрудников и всячески
стремился, по мере возможности, им помочь. Учитывая, что большая часть
сотрудников женщины, у которых много домашней работы, а сокращение рабочего дня
за ее вредность положено далеко не всем, он предложил сократить рабочий день в
связи с интенсификацией труда, и это было сделано".
Рассматривая работу Виктора Михайловича Лазуркина, на протяжении
всей жизни, прежде всего, следует отметить его творческий подход к любому
выполняемому делу. Он внес большой вклад в изучение геологии северо-востока
нашей страны; уточнил историю развития и характер сочленения Верхоянской
складчатой системы и Сибирской платформы, провел углубленное изучение глинистых
минералов; установил ряд зависимостей между минеральным составом глин и
условиями их формирования, что позволяет использовать анализ состава глинистых
минералов для оценки палеогеографической обстановки как областей накопления
осадков, так и областей сноса.
Виктор Михайлович являлся членом редакционных коллегий многих
сводных работ, часто в качестве ученого секретаря, был членом
научноредакционного совета института и ответственным редактором ряда работ,
активным членом Ученого совета Института и его секций, внимательно и критически
вникавшим в близкие ему научные проблемы.
Им опубликовано более ста научных работ.
Мы, коллеги В.М. Лазуркина, проработавшие благополучно в родном
институте большую часть сознательной жизни, понимаем и ценим мужество и
выдержку, которые позволили ему, вопреки судьбе, дважды заново начинать работать
в стенах организованного им института. Специалист высочайшего класса, он всегда
прежде всего руководствовался интересами дела, был требователен к себе и
доброжелателен к коллегам.
Это создало ему заслуженный авторитет среди разных поколений
сотрудников института.
Работа выполнена при поддержке Российского фонда фундаментальных
исследований, проект 03-05-64031а.
В.Д. Дибнер, Д.В. Лазуркин, М.А. Садиков
www.g-to-g.com
